24 июня в российских кинотеатрах выйдет фильм Дариуса Мардера «Звук Металла» (Sound of Metal), с Ризом Ахмедом в главной роли. Номинированная на «Оскар» в шести категориях (включая «Лучший фильм» и «Лучшая мужская роль») картина получила эту престижную премию за лучший монтаж и лучший звук.

В российском прокате «Звук металла» будет идти только с оригинальной звуковой дорожкой и субтитрами на русском языке, подходящими для просмотра зрителям с ограничениями слуха.

Blackgammon – так называется панк-металлический бэнд, сколоченный барабанщиком Рубеном (Риз Ахмед) и его боевой подругой Лу (Оливия Кук). Для рокера Рубен – бывший наркоман, завязавший с пагубной зависимостью – слишком повёрнут на здоровом образе жизни. Впрочем, от болезней – как от сумы и тюрьмы – лучше не зарекаться. Во время выступления Рубен вдруг слышит, что ударные издают не фирменный саунд, но глухой гул; это – первый симптом неотвратимой потери слуха. И Рубен отправляется в уединённую обитель людей с глухотой – чтобы самому «научиться быть глухим»…
Игровой дебют Дариуса Мардера – первоклассный кинематографический роман о суровом испытании, которому судьба подвергает героя Риза Ахмеда (не только актёра, но и музыканта-рэпера). Хроника самопознания. Захватывающая мелодрама, сюжет которой придумал Дерек Сиенфрэнс, режиссёр «Валентинки» и «Света в океане». Помимо всего сюжетного прочего, «Звук металла» – ещё и чертовски изобретательная в плане саунд-дизайна картина; слово «звук» в названии не зря на первом месте.

Режиссёр Дариус Мардер о фильме

Я начал писать сценарий для «Звука металла» около восьми лет назад. Но сам проект зародился гораздо раньше – в качестве совместной работы с моим дорогим другом и, нередко, соавтором Дереком Сиенфрэнсом. Тогда мы писали о реальной паре музыкантов, играющих металл, и это было экспериментальное, гибридное документальное кино. Зерно этого проекта выросло в фильм, который можно увидеть сейчас.

Загадка, невероятная и удивительная, состоит в том, почему определенная тема привлекает нас в определенный момент времени. Можно говорить о многих аспектах данного проекта, которые всегда служили очевидным источником вдохновения: например, как с помощью кино можно показать то, что слышит персонаж; или привлекательность истории, которая трансформируется из рассказа о путешествии в историю любви. Но более крупные и важные темы этого фильма вырисовывались на протяжении многих лет и во множестве написанных черновиков – особенно с того момента, как мой брат Абрахам присоединился к написанию.

Мы с Абрахамом провели много лет в поисках глубинных смыслов музыки, повествования, мотивов героев – что-то подсказала история нашей собственной семьи, а именно история нашей бабушки, которая жила в Нью Йорке. Она была еврейкой, лесбиянкой, фотографом и синефилом, и она потеряла слух после того, как в возрасте около 60 лет пропила курс антибиотиков. Она (Дороти Мардер) была глубокой, необыкновенно умной и осиротевшей из-за своего алкоголизма. Уже будучи одиночкой, она оказалась в ловушке меж двух культур – людей слышащих и неслышащих – не способная примкнуть ни к одной из них. Остаток жизни она писала петиции с требованием делать для всех фильмов субтитры. Эта картина посвящается ей.

Я рос в религиозной среде в одном из сельских районов Массачусетса и многое позаимствовал из моих ярких детских воспоминаний. Взгляды религиозной общины, в которой я рос, основывались на учении Георгия Гурджиева. Его философия крайне важна для понимания сюжета фильма. За годы написания сценария ко мне пришло осознание того, что первые десять лет своей жизни каждый выходной я проводил среди людей, которые работали в абсолютной тишине.

Дорога к «Звуку металла» оказалась до абсурдного сложной, но сейчас я понимаю, что каждый новый поворот, каждое неудачное начало и разочарование – каким бы трагичным оно ни казалось в тот момент – привели меня к фильму, который, как мне кажется, получился лучше, чем все его прежние версии, особенно если говорить об актерском составе. Риз Ахмед в роли Рубена – это неожиданность и откровение. В работе он продемонстрировал такую самоотверженность, которая, честно говоря, сейчас редко встречается в кино, где любят браться сразу за несколько проектов и все время «быть при деле». За четыре месяца до съемок Риз переехал в Бруклин, чтобы поработать со мной, с нуля научился играть на ударных, освоил язык жестов, тесно сотрудничая с Сообществом глухих Бруклина. Он полностью погрузился в этот необычайно эмоциональный и физиологичный процесс, который я бы назвал судьбоносным.

Я снимал фильм в хронологическом порядке, что позволило актерам в полной мере пережить разные эмоциональные витки истории. Я считаю, что мы должны приветствовать элементы реальной жизни в кино, а не пытаться от них избавиться. Живые выступления, показанные в фильме, действительно были живыми. Мы не записывали разные музыкальные партии отдельно, чтобы потом схитрить и свести их в студии. Мы смело погрузились в реальный опыт, без прикрас, не стремясь к фальшивому глянцевому совершенству.

Мне было важно, чтобы фильм получился настоящим и стихийным, чтобы рассказанная история открыла окно в культуру и образ жизни, объединяющие многих людей: глухих, слабослышащих, детей глухих родителей. Чтобы опыт глухоты был правдоподобным, Риз носил в ушах специальные устройства, которые создавали белый шум разной степени интенсивности. Это позволило ему максимально приблизиться к тем ощущениям, которые вызывает прогрессирующая глухота, в том числе неспособность слышать даже свой собственный голос.

Часто кинофильмы кажутся нам надуманными, и нередко так оно и есть. Но этот фильм я прожил во всех смыслах и просил каждого, кто работал над ним, тоже проживать эту историю. Надеюсь, что, посмотрев «Звук металла», вы запомните это как глубинный опыт, который вы именно пережили, а не наблюдали со стороны.



Подписывайтесь на Zeitnotinfo в соцсетях и будьте в курсе свежих обновлений